Первое послание Иоанна

Авторство. Близость стиля Первого послания Иоанна и Евангелия от Иоанна вплоть о XX в. не вызывала у исследователей никаких сомнений в том, что они были написанным и тем же человеком. Некоторые богословы указывали на незначительные стилистические различия между ними и высказывали предположение, что 1Ин. было написано одним из представителей «Иоанновой школы». Иногда ученики известного учителя пытались ему подражать даже по стилю, так что эту гипотезу нельзя полностью исключить, ели основываться лишь на литературных данных.

Отмечаемые стилистические различия, однако, можно объяснить и просто тем, что то произведения разного жанра - послание и Евангелие; Евангелие в определенном смысле связано с древней биографией и проходит несколько этапов в процессе написания. Данное послание, напротив, не является крупным литературным произведением (хотя существуют и литературные послания).

Намеренные различия богословского плана и разные взгляды на создавшуюся ситуацию вполне объяснимы. Если использовать критерии, по которым определяют, принадлежат произведения одному автору или разным, то проповеди рядового проповедника сегодня должны быть приписаны разным авторам! Более важно заявление автора о том, что он был очевидцем событий (1:1); однако он не утверждает, что пишет под другим именем (он не приводит характерного для псевдографий предисловия).

Жанр. Послание носит скорее характер проповеди, а не письма (за исключением 2:12-14). Тот факт, что эпистолярное вступление и заключение отсутствуют, не должен удивлять нас: они иногда опускались, если послания были включены в собрание писем (хотя 2Ин. и 3Ин. сохраняют стандартные элементы посланий). Но в целом документ производит впечатление проповеди, несмотря на то что в нем не использованы характерные для того времени риторические приемы, подчеркивающие структуру текста. Он напоминает форму послания, известного под названием «письма-эссе», хотя в нем и производится разбор определенной ситуации, сложившейся в среде его читателей.

Ситуация. Если в 1Ин. речь идет о той же ситуации, что и в четвертом Евангелии, то оно предназначено вселить бодрость, поддержать христиан, изгнанных из синагог, при том что некоторые вернулись в синагогу, отрицая мессианство Христа (2:19,22; 4:2,3). Послание можно рассматривать и в таком ключе.

Но Иоанн был озабочен обстановкой, сложившейся в городах, а не проблемами, к которым он обращается в своем Евангелии. Христиане были изгнаны из синагог и преданы своими иудейскими общинами в Смирне (Откр. 2:9,10) и Филадельфии (Откр. 3:7-9), они поддавались искушению пойти на компромисс с ересью, в том числе с идолопоклонством, к которому склоняли их лжепророки (Откр. 2:14,15,20-23; ср.: 1Ин. 4:1; 5:21). Особой формой идолопоклонства был культ императора, которому народ на Востоке должен был выказывать свою преданность, в противном случае это было чревато серьезными последствиями (ср.: Откр. 13:14,15) - вплоть до смерти (1Ин. 3:16). Первое послание Иоанна может быть адресовано общине, например, в Эфесе, где церковь исключила из своих рядов лжеучителей, но нуждалась во взаимной любви собратьев (Откр. 2:2-4).

С одной стороны, главной темой могут быть просто лжепророки (1Ин. 4:1-6), которые призывали к компромиссу с культом императора во имя спасения собственной жизни. С другой стороны, речь может идти о ересях, которые развивались в среде сторонников набиравшего полную силу гностицизма. Приверженцы докетизма считали, что природа Христа была божественной и что создавалась лишь видимость того, что Он стал человеком (ср.: 4:2); последователи Керинфа верили, что Христос - Дух и просто сошел на Иисуса, но отрицали, что Иисус и был единственным Христом (ср.: 2:22). Гностики также давали разные определения греха, отсюда некоторые из них верили, что они не способны совершать реальные грехи, хотя их тела и могли быть вовлечены в дела, которые христианами, не разделяющими гностических воззрений, рассматривались как греховные. Все из перечисленных основополагающих истин имеют отношение к данному посланию. Но одна из них бесспорна: первыми нарушителями спокойствия были, несомненно, «сепаратисты», отступники, входившие ранее в состав христианской общины, к которой обращается Иоанн, но изгнанные из нее. Иоанн призывает испытывать духов на основании двух принципов: нравственного (соблюдение заповедей, особенно отношения между христианами) и вероучительного (правильное представление об Иисусе).

Библиография. Наилучшей рекомендации заслуживают следующие работы: I. Howard Marshall, The Epistles of John, NICNT (Grand Rapids, Mich.: Eerdmans, 1978); Stephen S. Smalley, 1, 2, 3 John, WBC 51 (Waco, Tex.: Word, 1984); D. Moody Smith, First, Second and Third John, Interpretation (Louisville, Ky.: John Knox, 1991); and Kenneth Grayston, The Johannine Epistles, NCB (Grand Rapids, Mich.: Eerdmans, 1984). Самый подробный комментарий можно найти в книге: Raymond E. Brown, The Epistles of John, AB 30 (Garden City, N. Y.: Doubleday, 1982).

1:1-4
Основа христианского братства

В основе христианского братства (1:3) лежат принципы, которые отделяют читателей Иоанна от тех, кто был изгнан из общины. Если (как полагают многие исследователи) 1:1 представляет собой ссылку на начало четвертого Евангелия, то Иоанн говорит о Слове Божьем, которое существовало вечно (см. коммент. к Ин. 1.:1-18). Хотя философы и иудейские учителя сходным образом рассматривали божественное Слово, никто из них не говорил о Слове, которое стало плотью. Подчеркивая, что видевшие Иисуса прикасались и ощущали Его тело, Иоанн свидетельствует о подлинной человеческой природе Иисуса; Он был не просто явлением божества, наподобие «проявлений» богов, в которые верили греки (хотя простое свидетельство очевидца может быть использовано и в более широком смысле, напр.: 2Мак. 3:36).

1:5-10
Реальность греха

Возможно, что отступники, как и более поздние гностики, верили в то, что достигли состояния безгрешности. Поскольку здесь и в последующих отрывках, где говорится об этих сепаратистах, подчеркивается святость Бога (3:6,9), то более вероятно, что они верили, как и некоторые более поздние гностики, в свою безгрешность в другом смысле, - они не относили свои прегрешения и проступки к категории греха. (Об особых совершавшихся ими грехах см. в коммент. к 3:6,9.)

1:5. В других еврейских текстах (особенно в Свитках Мертвого моря) также использовался образ противопоставления света и тьмы для описания контраста между приверженцами правды и нечестивыми, а Бог рассматривался как полнота праведности. В Ветхом Завете также утверждается принцип универсальной праведности Божьей (см., напр.: Пс. 91:16).

1:6. В Ветхом Завете «повиновение» заповедям Божьим описывается метафорой: «ходить» в заповедях - причем столь часто, что иудейские учителя называли поведение иудеев, которое надлежало им иметь, термином «хождение», halakah. Образ хождения (нахождения) во тьме сопряжен с понятием об опасности «претыкания» (2:10,11). В Ветхом Завете осуждалось смешение света и тьмы, зла и добра (Ис. 5:20; ср.: 2:5).

1:7. Хотя вода, а не кровь, очищала в физическом смысле, кровь в Ветхом Завете также очищала в ритуальных обрядах (см. коммент. к Евр. 9:21,22). Жертвенная кровь, которая посвящалась Богу, отделялась, очищая от греха, как в обряде искупления (Лев. 16:30).

1:8-10. Ветхозаветные пророки часто осуждали ложные притязания на невиновность, считая это самообманом (напр.: Иер. 2:35; Ос. 8:2; ср.: Прит. 30:12); Бог вместо этого призывает и к признанию греха, и к покаянию (ср.: Лев. 5:5; Лев. 16:21; Пс. 31:1-5; Прит. 28:13; Иер. 3:13). (Некоторые молитвы в синагоге о прощении также предварялись исповеданием греха. Это указывает на то, что иудеи в первые века н. э. в целом воспринимали эту мысль; ср. также: Псалмы Соломона 9:6 и др.) Об очищении см. в 1Ин. 1:7. О грехах отступников см. в коммент. к 3:6 и 9.

2:1-11
Тест на нравственность

Христиане были новым народом, и, хотя они еше не могли жить абсолютно безгрешной жизнью (1:8-10), их возрождение во Христе воздействовало на их образ жизни. Поскольку грех имел реальную силу (1:5-10), нравственное поведение было действенным путем проверки истинного посвящения себя Христу. Особенно важно было понять, лежит ли в основе поведения любовь к своим ближним (2:5,9-11). В иудаизме также подчеркивается, что истинные участники договора-завета с Богом соблюдают Его заповеди.

2:1. Философы и иудейские учителя иногда обращались к своим ученикам как к «детям». «Ходатай» означает «заступник» или «посредник», «защитник». В Ветхом Завете Бог мог разбирать дела Своего народа перед другими народами (Иер. 50:34; Иер. 51:36); в древнем иудаизме милость Божья или заслуги Израиля защищали его на суде перед Богом. Иисус по своей природе - Защитник, в силу Своего положения, Своей праведности и Своих деяний (ст. 2).

2:2. «Умилостивление» - искупление, путь примирения с Богом, призванный удовлетворить Его «гнев», вызванный нарушением Его предписаний; это указывает на жертвы, приносившиеся во имя искупления в Ветхом Завете. В иудаизме жертвоприношение в День искупления касалось только Израиля; но жертва Иисуса была принесена не только за христиан, но даже и за тех, кто был врагом Бога, оставляя их, тем самым, без оправдания.

2:3,4. В Ветхом Завете Израиль «знал» Бога, Его народ находился с Ним в отношениях в рамках завета-договора - если они соблюдали Его заповеди (напр.: Иер. 22:16; Иер. 31:33,34).

2:5. Любовь к Богу человек должен продемонстрировать путем соблюдения Его заповедей (Втор. 6:5,6); эту концепцию разделяли повсюду в Древнем Израиле.

2:6. В древних нравственных увещеваниях моралисты обычно призывали подражать Богу или знаменитым учителям. Иоанн здесь указывает на образец жертвенной любви Иисуса, вплоть до смерти (Ин. 13:34,35).

2:7,8. В древности парадокс был ярким литературным приемом, который заставлял слушателей задуматься над значением слов; Иоанн использует здесь такой парадокс («древняя, не новая», но и «новая» одновременно). Заповедь о любви была старой, неотъемлемой составляющей слова Божьего (Втор. 6:5 и Лев. 19:18 - тексты, которые цитировал Иисус - см.: Мк. 12:30,31), но и новой заповедью, которая зиждется на новом и совершенном примере (Ин. 13:34). Многие иудейские предания, которые использовали образ «света - тьмы» для описания добра и зла, изображали современный век местом, в котором часто господствует зло, а век грядущий - с позиций победы света.

2:9-11. Сепаратисты, или отступники, изгнанные из христианской общины, к которой обращается Иоанн, разорвали отношения с истинными христианами, тем самым показав, что ими движет «ненависть», а не «любовь». Ветхий Завет и иудаизм запрещали «ненависть к своим братьям и сестрам» (Лев. 19:17); в контексте иудаизма этот термин относился к собратьям-иудеям (хотя ср. также: 19:34); в контексте христианства он относится к собратьям-христианам.

2:12-14
Наставления, обращенные к разным группам

Выражение «пишу вам» вряд ли говорит о намеренном желании подчеркнуть отличие от фразы «я написал»; стилистические вариации были обычны в тексте и призваны разнообразить его, сделать более интересным. Можно было отметить в письме: «я написал», когда речь шла о процессе написания, об еще не оконченном послании; с точки зрения греческой грамматики, это называется «эпистолярным аористом».

С одной стороны, обращения «отцы», «юноши» и «дети» (Иоанн не включает сюда женщин, поскольку в языке категорий, которые он здесь употребляет, для смешанных групп использовалась форма мужского рода) могут отражать разные этапы возрастания в христианской вере; см. коммент ко 2:1. С другой стороны, некоторые авторы обращались с разными нравственными наставлениями к разным возрастным группам, акцентируя внимание на конкретных моментах для каждой из них (см., напр., работы греческого оратора IV в. Исократа; послание греческого философа Эпикура; ср.: Прит. 20:29; 2Тим. 2:22).

Отцы обладали авторитетом и им воздавались почести; дети еще только обучались и не имели социального статуса и авторитета. Юноши обычно ассоциировались с силой и мужеством, отвагой; здесь они одолевают зло, участвуя в победе Христа (4:4; 5:4) над грехом (3:10-12). Хотя некоторые древние авторы часто считали, что молодые люди более уязвимы и подвержены особым искушениям (особенно распутству), Иоанн выражает свою уверенность в них.

2:15-17
Не любите мира

2:15. В понятие «мир» входит все, кроме Бога; здесь речь идет о системе, которая противостоит Богу. В ветхозаветные времена Израиль должен был постоянно выбирать между союзом с Богом и союзом с окрестными языческими народами, так же и христиане, рассеянные среди народов, должны были избрать Христа - вопреки всему, что препятствовало этому выбору в их культуре. В случае читателей Иоанна, отказ идти на компромисс мог многого стоить (3:16).

2:16. В Ветхом Завете желание часто связывалось с похотью очей, особенно сексуальное влечение и гордыня. Но и иудаизм, и философы (напр., Аристотель, Эпиктет) осуждали высокомерие, гордыню и самовосхваление. Объединяя все эти пороки, Иоанн мог проводить параллель, как считают некоторые комментаторы, с Быт. 3:6, хотя язык здесь носит более общий характер.

2:17. Иудаизм подчеркивал преходящую природу окружающего мира и вечность слова Божьего (ср. также: Ис. 40:6-8). Слова Иоанна призваны вселить уверенность, ободрить тех, кто предпочел смерть во имя Христа, вместо жизни, которую предлагает мир (ср.: 1Ин. 3:16).

2:18-27
Различение духов: богословский тест

Иоанну нужно было убедить своих читателей в том, что они не отступники, а истинные последователи Бога. К тесту нравственному (2:1-11) Иоанн теперь добавляет богословский: они должны иметь правильные представления о Христе. Иоанн продолжает развивать мысль о конце времен (ст. 18), высказанную во 2:17.

2:18. Согласно верованиям иудеев, зло должно умножаться в конце времен; продолжительность этого периода, непосредственно предшествующего концу земной истории, не определена (как здесь), хотя некоторые иудейские авторы оценивали ее конкретно (напр., сорок лет, четыреста лет). Некоторые иудеи также верили в появление зловещей фигуры, например, в лице первосвященника или правителя, угнетающего народ Божий, - эта мысль занимала умы и стала преобладать в среде христиан (см., напр.: 2Фес. 2:3,4). Иоанн утверждает, что есть уже много «антихристов». (Иоанн - единственный в Новом Завете, кто использует этот термин. Греческая приставка «анти-» означает «вместо», но он, вероятно, имеет в виду тех, кто стремится занять место Христа - «лжехриста», по аналогии с «лжепророком» в 4:1, если речь идет именно об этом; однако значение «против» более вероятно, т. е. противник Христа. Ср. аргумент Павла о том, что «тайна беззакония уже в действии» - 2Фес. 2:7.)

2:19. Из Ветхого Завета ясно, что праведный мог стать нечестивым (напр.: Иез. 18:24-26), а дела человека могут выявить искреннее или фальшивое его сердце (напр.: 2Пар. 12:14). И греческие, и иудейские учителя осуждали учеников, которые оказывались неверными или неспособными выдержать тест на ученичество, обычно объясняя это тем, что их посвящение было недостаточным. Иудаизм признавал, что многие обращенные не стали истинными верующими, хотя он более сурово относился к отступничеству иудеев, которые некогда были верны, а ныне отвергли закон.

Некоторые новозаветные тексты (напр.: Ин. 6:70,71; 1Ин. 2:19) могут отражать представление о вещах с позиции предвидения Бога, тогда как другие - с точки зрения опыта верующего (напр.: Гал. 5:4; 1Тим. 4:1,2). Но, в отличие от большинства современных комментаторов, древние иудеи не усматривали противоречия между этими двумя позициями.

2:20,21. В ветхозаветные времена избранного на особое служение помазывали елеем (маслом) в буквальном смысле; особенно это касалось священников или царей; «помазание» иносказательно относилось к тем, кто был избран Богом для выполнения конкретных задач. Христианам было предназначено различать истину (см.: 2:27).

2:22,23. Сами по себе эти стихи могут равным образом относиться и к противостоянию иудеев христианам, и к оппозиции сторонников Керинфа христианской вере. Компромисс, вероятно, позволял иудейским верующим остаться в синагогах - тем самым, они могли прямо не участвовать в поклонении императору и избежать угрозы преследования. Тот факт, что лжепророки могли призывать к такому компромиссу (ср.: 4:1-6), понять не трудно (см. введение к Откр.). Керинф, который выступил со своим учением ок. 100 г. н. э., верил, что Христос-Дух сошел на Иисуса, но не может быть отождествлен с Ним. Христианский писатель II в. Ириней также приписывал эту точку зрения многим более поздним гностикам.

2:24-27. Многие комментаторы утверждают, что «помазание» (ст. 27) есть Дух (ср.: Ин. 14:17,26; Деян. 10:38); другие полагают, что это связано с контекстом, в котором встречается Слово, послание Евангелия. В любом случае это сопряжено с ветхозаветной практикой отделения Богом избранных Им на служение людей, и здесь это распространяется на всех верующих. В Ветхом Завете помазание символически означает посвящение или отделение людей (напр., царей) или объектов (скиния) для священных целей. Окончательное посвящение в этих целях - когда Дух нисходит на людей (Ис. 61:1; ср.: 1Цар. 10:1,9; 1Цар. 16:13).

2:28 - 3:3
Быть готовыми к Его пришествию

Поскольку читатели Иоанна пребывают в Иисусе (ст. 27), они должны продолжать и далее пребывать в Нем (ст. 28); о пребывании см. в коммент. к Ин. 15:1-8.

2:28. По иудейским преданиям, пришествие Бога для суда над миром будет страшным днем для тех, кто не повиновался Его воле (ср.: Aм. 5:18-20).

2:29. В древности никто не сомневался в том, что дети наследуют природу своих отцов. Эта вера укоренилась столь основательно, что многие авторы предостерегали прелюбодействующих, которые могли сами себя выдать, поскольку их образ может быть запечатлен в детях, рожденных от такого союза.

3:1. Никто из тех, кто соглашался с Иоанном, что христиане - дети Божьи, не оспаривал его точку зрения. Рабби Акиба, который жил примерно в то же время, утверждал: «Любовь к человеку непреложна, потому что он создан по образу Божьему; еще больше, чем любовь - это то, что Бог показал человечеству, что люди были созданы по Его образу». Рабби Мейер позднее, во II в., провозгласил: «Возлюблен Израиль, потому что... они дети Божьи».

3:2,3. В греческом мышлении природа человека иногда рассматривалась как преобразованная и приближенная к божественной через созерцание божественного; некоторые философы, например, Платон, верили, что они достигли такого преображения через познание, а не через чувства. Филон говорил о достижении человеком видения Бога мистическим путем, поскольку, как он утверждал, Бог трансцендентен; он верил, что Бог наделил Израиль, и особенно пророков, силой Своего видения, что такое видение предварялось добродетельной жизнью и очищением души и становилось совершенным, когда сам человек достигал совершенства. Эта мысль также сквозит в ряде еврейских палестинских текстов, особенно в работах еврейских мистиков. Возможно, эта концепция Бога часто связывалась с концом времен, и в некоторых еврейских апокалиптических произведениях высказывалась мысль о преобразовании через непреложную славу Божью.

Иоанн мог заимствовать большинство идей о преобразовании через непреложную славу Божью из Ветхого Завета (Исх. 34:29-35; см. коммент. к Ин. 1:14-18). Для него тот, кто знает характер Бога, соответственным образом очищает себя, а окончательное и полное очищение произойдет, когда человек познает Бога во всем совершенстве в конце времен.

3:4-24
Дух истины и дух заблуждения: на чьей ты стороне?

В характерной иудейской манере Иоанн противопоставляет грех и праведность, а также тех, кто на той или другой стороне (3:4-9). Затем он объясняет, почему нечестивый противостоит праведному, иллюстрируя этот принцип на множестве примеров: праведные любят друг друга, а нечестивые, подобно Каину, ненавидят праведных (3:10-18). Этот тест показывает, кто одержит окончательную победу в день суда (3:19-24).

3:4. Греки рассматривали грех как несовершенство; Ветхий Завет и иудаизм видят в нем нарушение закона Божьего. Иоанн стремится показать каждому, что такое грех в библейском смысле.

3:5. Здесь Иоанн, вероятно, использует язык жертвоприношений; ср.: Ин. 1:29. Суть в том, что те, кто в Иисусе, отвергли свои грехи, а потому уже больше не живут в грехе.

3:6,7- Этот стих снова обращен к преобразующей силе, которая проявляется после приобщения к Богу (ср.: 3:2,3). Некоторые комментаторы считают, что безгрешность здесь рассматривается как идеал, в той мере, в какой человек обитает во Христе. (Аналогичным образом Платон утверждал, что в той мере, в какой человек претендует на роль ремесленника, его мастерство должно быть совершенным; но если ему не удалось стать искусным мастером, это означает, что он не действовал как настоящий мастер в данном случае.) Другие считают, что речь идет о потенциальных возможностях: человек способен вести безгрешную жизнь (ср.: Ин. 8:31-36). Но ст. 9 не дает возможности трактовать этот текст подобным образом.

Более вероятно, что Иоанн обращает высказывания лжеучителей и их последователей (1:8-10) против них же самих: в отличие от людей, снисходительно относящихся к прегрешениям, которые просто заявляют, что они безгрешны, истинные верующие не живут в грехе. (Многие комментаторы считают, что настоящее продолженное время причастия глагола «грешить» - «согрешающий» - позволяет расценивать «жизнь во грехе» как образ жизни. Это отличается от праведного образа жизни, когда человек иногда поддается искушению или обману и искренне в этом раскаивается.) Среди отступников господствуют такие грехи, как нарушение двух основных заповедей, которые Иоанн подчеркивает в своем послании: правильные отношения с членами христианского сообщества и правильные представления об Иисусе (3:24). Таким образом, Иоанн может иметь в виду, что они совершили грех, который ведет к смерти, т. е. отлучению от вечной жизни (ср.: 5:16,17).

3:8. В Свитках Мертвого моря говорится, что все грехи совершаются под воздействием духа заблуждения. Учитывая традиционную иудейскую концепцию о том, что дьявол принес грех в этот мир, все грехи в итоге возлагаются на него и отражают его характер.

3:9,10. Об утверждении относительно безгрешности см. в коммент. к 3:6,7. Некоторые исследователи полагают, что Иоанн заимствует здесь образ «семени» у своих оппонентов, поскольку эта концепция позднее была известна среди гностиков; но этот образ уже был хорошо известен в христианской традиции (Иак. 1:18,21; 1Пет. 1:23; см. коммент. к 1Пет. 1:23). Считалось, что ребенок наследует природу отца через его семя, а потому Иоанн может здесь использовать этот образ для разъяснения своей мысли: рожденные от Бога через обращение в веру теперь отражают в себе Его характер, а те, кто не отражает его, имеют другую природу. Согласно Ветхому Завету, грех можно преодолеть, опираясь на слово, написанное или пребывающее в сердце человека (см., напр.: Пс. 118:11; Иер. 31:32,33).

3:11-13. Убийство Каином Авеля часто пересказывалось в иудейских преданиях с вымышленными деталями; подчас нечестие Каина описывалось весьма подробно. Он стал олицетворением нечестия (см., напр.: Книга Юбилеев и 1Енох.; фарисеи иногда связывали Каина с саддукеями и их отрицанием грядущей жизни в вечности); в одном дохристианском еврейском тексте он назван «неправедным» (Прем. 10:3). Филон неоднократно использовал образ Каина как символ эгоизма и иллюстрировал на его примере тезис: «чем сильнее гонения, тем лучше», как здесь (ср.: Гал. 4:29). Некоторые более поздние гностики, противники закона, считали Каина героем.

Убийство брата рассматривалось в древности как одно из самых чудовищных преступлений (напр., у Цицерона, Горация); Иоанн называет «братом» каждого члена христианского сообщества. Убийца считался сыном дьявола (3:10), поскольку первые дела дьявола принесли смерть Адаму (см. коммент. к Ин. 8:44); в некоторых более поздних раввинистических текстах утверждается, что отец Каина был злым ангелом, даже самим дьяволом. Соперничество между родными братьями (Быт. 37:8; 1Цар. 17:28) могло развиваться постепенно, но поступок Каина прервал этот процесс.

3:14,15. Убийство было смертным грехом по ветхозаветному закону, а потому заслуживало геенны, согласно более поздним иудейским воззрениям. Иисус приравнивал ситуацию, которая ведет к убийству, к самому убийству (ср.: Мф. 5:21,22).

3:16,17. Читатели Иоанна ожидали преследований и возможной смерти, хотя, насколько известно, мучеников было немного (Откр. 2:13). Отказ участвовать в культе императора рассматривался как деятельность против государства, и враги этих людей с чувством выполненного гражданского долга предавали их в руки властей.

Иоанн также требует от них на практике проявления любви в настоящем. Их оппоненты, которые были изгнаны из общины, возможно, чтобы избежать преследований, несли ответственность за смерть других, как это было с Каином; но истинные христиане должны были жертвовать своей жизнью во имя других ежедневно. Как и в некоторых иудейских концепциях, отнять имущество у нуждающегося означало обречь его на голодную смерть (ср.: Иак. 2:15).

3:18. В древней литературе часто соединялись понятия «слово» и «дело» (напр., у Исократа, Демосфена, Квинтилиана, Сенеки, Лукиана, в Прем.); тот, кто надлежащим образом сочетал это, удостаивался похвалы,тот же, у кого слова расходились с делом, считался лицемером.

3:19. В Свитках Мертвого моря праведные иногда называются «сынами истины» или «уделом истины Божьей».

3:20,21. Иудаизм постоянно подчеркивал, что Бог знает сердце каждого человека (ср.: Иер. 29:23); в некоторых текстах Его называли даже «Испытующим сердца». Как выразился автор одной из книг премудрости, «блажен, кого не зазирает душа его» (Сир. 14:2).

3:22-24. Эти предписания как раз и нарушали отступники: оставив христианское сообщество, они продемонстрировали отсутствие любви к своим братьям и сестрам, а также веры в Иисуса как истинного Христа (2:2), не выдержав испытание верой. Об обетовании ответа на молитву см. в Ин. 14:12-14.

4:1-6
Испытание духов

4:1. Иудаизм тесным образом связывал Дух Божий с пророчеством, но признавал и существование ложных пророков, которые, по словам Иоанна, были движимы другими духами. Его читатели должны были понять это; иудеи были знакомы с представлением о том, что помимо Духа Божьего есть и другие духи (см. коммент. к 4:6). В Малой Азии было много впадавших в исступление языческих предсказателей, а также еврейских мистиков, претендовавших на особые откровения; проблема различения духов стояла здесь чрезвычайно остро.

4:2,3. Речь могла идти об отступниках, которые отрицали природу Иисуса как Христа (если оппоненты были из иудеев); более вероятно, однако, что речь идет об отрицании докетистами человеческой природы Христа и Его смерти (см. введение); такую ересь очевидец должен отвергать, твердо придерживаясь своей позиции. Достаточно было просто сравнить Иисуса с пророком, подобным Иоанну Крестителю, и такая позиция позволяла избежать гонений. Каково бы ни было это заблуждение, отступники претендовали на авторитетное озарение, как и в ряде современных культов. Иоанн не отрицает реальной природы инспирации; он просто отрицает, что дух, которым они движимы, есть Дух Божий.

4:4-6. В Свитках Мертвого моря аналогичным образом проводится различие между детьми Божьими и остальным миром, хотя они заходят слишком далеко, утверждая, что каждый акт определяется действием либо духа истины, либо духа заблуждения. (Этот язык «двух духов», вероятно, выходит далеко за рамки Свитков Мертвого моря, хотя эта концепция наилучшим образом, помимо свитков, представлена в Заветах двенадцати патриархов. Эти заветы содержат ряд упоминаний о духах лжи, но ближе всего к 1Ин. 4:6 Завет Иуды, ст. 20, который наряду с Заветом Левия чаще всего рассматривается как источник христианских воззрений. Таким образом, эта проблема не разрешена, хотя Завет Иуды, вероятно, был написан в дохристианский период и отражает концепцию, сходную с иудейским учением о двух импульсах, которое раввины развивали и разъясняли; об этом учении см. в коммент. к Рим. 7:15-22.) Обетование о том, что один из них превыше другого (1Ин. 4:4), сопоставимо с ветхозаветным принципом (4Цар. 6:16; 2Пар. 32:7,8).

4:7-21
Испытание любовью

4:7-10. И снова (как и в 3:9,10) Иоанн утверждает, что природа каждого выявляется через духовное родство: те, кто уподобляется Богу, - Его дети, а любовь - самое высшее свойство характера Бога, которое было явлено Христом на кресте. Отступники доказали отсутствие любви тем, что отошли от христианского братства. Об умилостивлении см. в коммент. ко 2:2.

4:11,12. Даже истинная христианская любовь должна совершенствоваться, но в отличие от отступников, они остались в христианском сообществе, тем самым выполняя заповедь любить друг друга. Лжеучителя, возможно, заявляли, что имели мистические видения Бога (см. коммент. к 3:2,3; 4:1), но Иоанн поправляет их: Бог невидим (Исх. 33:20), и верующие могут узреть Его только благодаря Его бесконечной любви,воплощенной в Его характере на кресте (4:9) и в христианской жертвенной любви (4:12).

4:13-16. Хотя Кумранская община претендовала на то, что обладает Духом, большинство древних иудеев связывали наиболее драматические свершения Духа с далекими прошлыми эпохами и с грядущим миром, а также с очень редкими индивидуальными случаями. Для Иоанна все истинно верующие в Иисуса имеют Духа, Который движет ими, побуждает к любви (см. коммент. к 4:11,12) и наделяет их пророческой силой свидетельствовать о Христе (см. коммент. к 4:1).

4:17. В Ветхом Завете (напр.: Ам. 5:18-20) и в иудаизме «день суда» был днем, которого должны бояться все отступники (2:28). Но пребывающие в любви не должны сомневаться, что будут оправданы перед судом Божьим в этот день, потому что они проводники Его бескорыстной любви.

4:18. Считалось, что грех часто вызывает страх (см., напр.: Быт. 3:8; Послание Аристея, 243). Философы-стоики не боялись ничего, поскольку, по их представлениям, обстоятельства не могут окончательно уничтожить разум человека, уверенность же Иоанна в том, что истинные верующие не испытывают страха, относится не ко всем обстоятельствам. Речь идет о наказании в день суда (4:17).

4:19. Ветхий Завет также признает, что народ Божий знал, как обращаться с другими, полагаясь на то, как Бог милосердно обращался с ними самими (Исх. 13:8; Исх. 22:21; Лев. 19:34; Втор. 10:19), хотя во всей полноте этот принцип был явлен в Христе (1Ин. 4:10; ср.: Ин. 13:34).

4:20,21. В древности люди тоже придерживались принципа любви к тем, кто рядом (см., напр., у Плутарха). Считалось, что с новым другом нужно обращаться так же, как со своими старыми друзьями. (Этот тезис взят из речи оратора IV в. до н. э. Исократа.) В Ветхом Завете Бог благотворит тому, кто воздает обездоленному, как если бы он сделал это для Него (Прит. 19:17; ср.: Втор. 15:9).

5:1-13
Победа и жизнь через веру в Иисуса

5:1. Семьи часто воспри

Авторство. Близость стиля Первого послания Иоанна и Евангелия от Иоанна вплоть до XX в. не вызывала у исследователей никаких сомнений в том, что они были написанным и тем же человеком. Некоторые богословы указывали на незначительные стилистические различия между ними и высказывали предположение, что 1Ин. было написано одним из представителей «Иоанновой школы». Иногда ученики известного учителя пытались ему подражать даже по стилю, так что эту гипотезу нельзя полностью исключить, ели основываться лишь на литературных данных.

Отмечаемые стилистические различия, однако, можно объяснить и просто тем, что то произведения разного жанра - послание и Евангелие; Евангелие в определенном смысле связано с древней биографией и проходит несколько этапов в процессе написания. Данное послание, напротив, не является крупным литературным произведением (хотя существуют и литературные послания).

Намеренные различия богословского плана и разные взгляды на создавшуюся ситуацию вполне объяснимы. Если использовать критерии, по которым определяют, принадлежат произведения одному автору или разным, то проповеди рядового проповедника сегодня должны быть приписаны разным авторам! Более важно заявление автора о том, что он был очевидцем событий (1Ин.1:1); однако он не утверждает, что пишет под другим именем (он не приводит характерного для псевдографий предисловия).

Жанр. Послание носит скорее характер проповеди, а не письма (за исключением 1Ин.2:12-14). Тот факт, что эпистолярное вступление и заключение отсутствуют, не должен удивлять нас: они иногда опускались, если послания были включены в собрание писем (хотя 2Ин. и 3Ин. сохраняют стандартные элементы посланий). Но в целом документ производит впечатление проповеди, несмотря на то что в нем не использованы характерные для того времени риторические приемы, подчеркивающие структуру текста. Он напоминает форму послания, известного под названием «письма-эссе», хотя в нем и производится разбор определенной ситуации, сложившейся в среде его читателей.

Ситуация. Если в 1Ин. речь идет о той же ситуации, что и в четвертом Евангелии, то оно предназначено вселить бодрость, поддержать христиан, изгнанных из синагог, при том что некоторые вернулись в синагогу, отрицая мессианство Христа (1Ин.2:19,22; 1Ин.4:2,3). Послание можно рассматривать и в таком ключе.

Но Иоанн был озабочен обстановкой, сложившейся в городах, а не проблемами, к которым он обращается в своем Евангелии. Христиане были изгнаны из синагог и преданы своими иудейскими общинами в Смирне (Откр. 2:9,10) и Филадельфии (Откр. 3:7-9), они поддавались искушению пойти на компромисс с ересью, в том числе с идолопоклонством, к которому склоняли их лжепророки (Откр. 2:14,15,20-23; ср.: 1Ин. 4:1; 5:21). Особой формой идолопоклонства был культ императора, которому народ на Востоке должен был выказывать свою преданность, в противном случае это было чревато серьезными последствиями (ср.: Откр. 13:14,15) - вплоть до смерти (1Ин. 3:16). Первое послание Иоанна может быть адресовано общине, например, в Эфесе, где церковь исключила из своих рядов лжеучителей, но нуждалась во взаимной любви собратьев (Откр. 2:2-4).

С одной стороны, главной темой могут быть просто лжепророки (1Ин. 4:1-6), которые призывали к компромиссу с культом императора во имя спасения собственной жизни. С другой стороны, речь может идти о ересях, которые развивались в среде сторонников набиравшего полную силу гностицизма. Приверженцы докетизма считали, что природа Христа была божественной и что создавалась лишь видимость того, что Он стал человеком (ср.: 4:2); последователи Керинфа верили, что Христос - Дух и просто сошел на Иисуса, но отрицали, что Иисус и был единственным Христом (ср.: 1Ин. 2:22). Гностики также давали разные определения греха, отсюда некоторые из них верили, что они не способны совершать реальные грехи, хотя их тела и могли быть вовлечены в дела, которые христианами, не разделяющими гностических воззрений, рассматривались как греховные. Все из перечисленных основополагающих истин имеют отношение к данному посланию. Но одна из них бесспорна: первыми нарушителями спокойствия были, несомненно, «сепаратисты», отступники, входившие ранее в состав христианской общины, к которой обращается Иоанн, но изгнанные из нее. Иоанн призывает испытывать духов на основании двух принципов: нравственного (соблюдение заповедей, особенно отношения между христианами) и вероучительного (правильное представление об Иисусе).

Библиография. Наилучшей рекомендации заслуживают следующие работы: I. Howard Marshall, The Epistles of John, NICNT (Grand Rapids, Mich.: Eerdmans, 1978); Stephen S. Smalley, 1, 2, 3 John, WBC 51 (Waco, Tex.: Word, 1984); D. Moody Smith, First, Second and Third John, Interpretation (Louisville, Ky.: John Knox, 1991); and Kenneth Grayston, The Johannine Epistles, NCB (Grand Rapids, Mich.: Eerdmans, 1984). Самый подробный комментарий можно найти в книге: Raymond E. Brown, The Epistles of John, AB 30 (Garden City, N. Y.: Doubleday, 1982).

1:1-4
Основа христианского братства

В основе христианского братства (1Ин. 1:3) лежат принципы, которые отделяют читателей Иоанна от тех, кто был изгнан из общины. Если (как полагают многие исследователи) 1Ин. 1:1 представляет собой ссылку на начало четвертого Евангелия, то Иоанн говорит о Слове Божьем, которое существовало вечно (см. коммент. к Ин. 1:1-18). Хотя философы и иудейские учителя сходным образом рассматривали божественное Слово, никто из них не говорил о Слове, которое стало плотью. Подчеркивая, что видевшие Иисуса прикасались и ощущали Его тело, Иоанн свидетельствует о подлинной человеческой природе Иисуса; Он был не просто явлением божества, наподобие «проявлений» богов, в которые верили греки (хотя простое свидетельство очевидца может быть использовано и в более широком смысле, напр.: 2Мак. 3:36).

1:5-10
Реальность греха

Возможно, что отступники, как и более поздние гностики, верили в то, что достигли состояния безгрешности. Поскольку здесь и в последующих отрывках, где говорится об этих сепаратистах, подчеркивается святость Бога (1Ин. 3:6,9), то более вероятно, что они верили, как и некоторые более поздние гностики, в свою безгрешность в другом смысле, - они не относили свои прегрешения и проступки к категории греха. (Об особых совершавшихся ими грехах см. в коммент. к 1Ин. 3:6,9.)

1:5. В других еврейских текстах (особенно в Свитках Мертвого моря) также использовался образ противопоставления света и тьмы для описания контраста между приверженцами правды и нечестивыми, а Бог рассматривался как полнота праведности. В Ветхом Завете также утверждается принцип универсальной праведности Божьей (см., напр.: Пс. 91:16).

1:6. В Ветхом Завете «повиновение» заповедям Божьим описывается метафорой: «ходить» в заповедях - причем столь часто, что иудейские учителя называли поведение иудеев, которое надлежало им иметь, термином «хождение», halakah. Образ хождения (нахождения) во тьме сопряжен с понятием об опасности «претыкания» (1Ин. 2:10,11). В Ветхом Завете осуждалось смешение света и тьмы, зла и добра (Ис. 5:20; ср.: 1Ин. 2:5).

1:7. Хотя вода, а не кровь, очищала в физическом смысле, кровь в Ветхом Завете также очищала в ритуальных обрядах (см. коммент. к Евр. 9:21,22). Жертвенная кровь, которая посвящалась Богу, отделялась, очищая от греха, как в обряде искупления (Лев. 16:30).

1:8-10. Ветхозаветные пророки часто осуждали ложные притязания на невиновность, считая это самообманом (напр.: Иер. 2:35; Ос. 8:2; ср.: Притч. 30:12); Бог вместо этого призывает и к признанию греха, и к покаянию (ср.: Лев. 5:5; Лев. 16:21; Пс. 31:1-5; Притч. 28:13; Иер. 3:13). (Некоторые молитвы в синагоге о прощении также предварялись исповеданием греха. Это указывает на то, что иудеи в первые века н. э. в целом воспринимали эту мысль; ср. также: Псалмы Соломона 9:6 и др.) Об очищении см. в 1Ин. 1:7. О грехах отступников см. в коммент. к 1Ин. 3:6 и 1Ин. 3:9.

2:1-11
Тест на нравственность

Христиане были новым народом, и, хотя они еще не могли жить абсолютно безгрешной жизнью (1Ин. 1:8-10), их возрождение во Христе воздействовало на их образ жизни. Поскольку грех имел реальную силу (1Ин. 1:5-10), нравственное поведение было действенным путем проверки истинного посвящения себя Христу. Особенно важно было понять, лежит ли в основе поведения любовь к своим ближним (1Ин. 2:5,9-11). В иудаизме также подчеркивается, что истинные участники договора-завета с Богом соблюдают Его заповеди.

2:1. Философы и иудейские учителя иногда обращались к своим ученикам как к «детям». «Ходатай» означает «заступник» или «посредник», «защитник». В Ветхом Завете Бог мог разбирать дела Своего народа перед другими народами (Иер. 50:34; Иер. 51:36); в древнем иудаизме милость Божья или заслуги Израиля защищали его на суде перед Богом. Иисус по своей природе - Защитник, в силу Своего положения, Своей праведности и Своих деяний (ст. 2).

2:2. «Умилостивление» - искупление, путь примирения с Богом, призванный удовлетворить Его «гнев», вызванный нарушением Его предписаний; это указывает на жертвы, приносившиеся во имя искупления в Ветхом Завете. В иудаизме жертвоприношение в День искупления касалось только Израиля; но жертва Иисуса была принесена не только за христиан, но даже и за тех, кто был врагом Бога, оставляя их, тем самым, без оправдания.

2:3,4. В Ветхом Завете Израиль «знал» Бога, Его народ находился с Ним в отношениях в рамках завета-договора - если они соблюдали Его заповеди (напр.: Иер. 22:16; Иер. 31:33,34).

2:5. Любовь к Богу человек должен продемонстрировать путем соблюдения Его заповедей (Втор. 6:5,6); эту концепцию разделяли повсюду в Древнем Израиле.

2:6. В древних нравственных увещеваниях моралисты обычно призывали подражать Богу или знаменитым учителям. Иоанн здесь указывает на образец жертвенной любви Иисуса, вплоть до смерти (Ин. 13:34,35).

2:7,8. В древности парадокс был ярким литературным приемом, который заставлял слушателей задуматься над значением слов; Иоанн использует здесь такой парадокс («древняя, не новая», но и «новая» одновременно). Заповедь о любви была старой, неотъемлемой составляющей слова Божьего (Втор. 6:5 и Лев. 19:18 - тексты, которые цитировал Иисус - см.: Мк. 12:30,31), но и новой заповедью, которая зиждется на новом и совершенном примере (Ин. 13:34). Многие иудейские предания, которые использовали образ «света - тьмы» для описания добра и зла, изображали современный век местом, в котором часто господствует зло, а век грядущий - с позиций победы света.

2:9-11. Сепаратисты, или отступники, изгнанные из христианской общины, к которой обращается Иоанн, разорвали отношения с истинными христианами, тем самым показав, что ими движет «ненависть», а не «любовь». Ветхий Завет и иудаизм запрещали «ненависть к своим братьям и сестрам» (Лев. 19:17); в контексте иудаизма этот термин относился к собратьям-иудеям (хотя ср. также: Лев. 19:34); в контексте христианства он относится к собратьям-христианам.

2:12-14
Наставления, обращенные к разным группам

Выражение «пишу вам» вряд ли говорит о намеренном желании подчеркнуть отличие от фразы «я написал»; стилистические вариации были обычны в тексте и призваны разнообразить его, сделать более интересным. Можно было отметить в письме: «я написал», когда речь шла о процессе написания, об еще не оконченном послании; с точки зрения греческой грамматики, это называется «эпистолярным аористом».

С одной стороны, обращения «отцы», «юноши» и «дети» (Иоанн не включает сюда женщин, поскольку в языке категорий, которые он здесь употребляет, для смешанных групп использовалась форма мужского рода) могут отражать разные этапы возрастания в христианской вере; см. коммент ко 1Ин. 2:1. С другой стороны, некоторые авторы обращались с разными нравственными наставлениями к разным возрастным группам, акцентируя внимание на конкретных моментах для каждой из них (см., напр., работы греческого оратора IV в. Исократа; послание греческого философа Эпикура; ср.: Притч. 20:29; 2Тим. 2:22).

Отцы обладали авторитетом и им воздавались почести; дети еще только обучались и не имели социального статуса и авторитета. Юноши обычно ассоциировались с силой и мужеством, отвагой; здесь они одолевают зло, участвуя в победе Христа (1Ин. 4:4; 5:4) над грехом (1Ин. 3:10-12). Хотя некоторые древние авторы часто считали, что молодые люди более уязвимы и подвержены особым искушениям (особенно распутству), Иоанн выражает свою уверенность в них.

2:15-17
Не любите мира

2:15. В понятие «мир» входит все, кроме Бога; здесь речь идет о системе, которая противостоит Богу. В ветхозаветные времена Израиль должен был постоянно выбирать между союзом с Богом и союзом с окрестными языческими народами, так же и христиане, рассеянные среди народов, должны были избрать Христа - вопреки всему, что препятствовало этому выбору в их культуре. В случае читателей Иоанна, отказ идти на компромисс мог многого стоить (1Ин. 3:16).

2:16. В Ветхом Завете желание часто связывалось с похотью очей, особенно сексуальное влечение и гордыня. Но и иудаизм, и философы (напр., Аристотель, Эпиктет) осуждали высокомерие, гордыню и самовосхваление. Объединяя все эти пороки, Иоанн мог проводить параллель, как считают некоторые комментаторы, с Быт. 3:6, хотя язык здесь носит более общий характер.

2:17. Иудаизм подчеркивал преходящую природу окружающего мира и вечность слова Божьего (ср. также: Ис. 40:6-8). Слова Иоанна призваны вселить уверенность, ободрить тех, кто предпочел смерть во имя Христа, вместо жизни, которую предлагает мир (ср.: 1Ин. 3:16).

2:18-27
Различение духов: богословский тест

Иоанну нужно было убедить своих читателей в том, что они не отступники, а истинные последователи Бога. К тесту нравственному (1Ин. 2:1-11) Иоанн теперь добавляет богословский: они должны иметь правильные представления о Христе. Иоанн продолжает развивать мысль о конце времен (ст. 18), высказанную во 1Ин. 2:17.

2:18. Согласно верованиям иудеев, зло должно умножаться в конце времен; продолжительность этого периода, непосредственно предшествующего концу земной истории, не определена (как здесь), хотя некоторые иудейские авторы оценивали ее конкретно (напр., сорок лет, четыреста лет). Некоторые иудеи также верили в появление зловещей фигуры, например, в лице первосвященника или правителя, угнетающего народ Божий, - эта мысль занимала умы и стала преобладать в среде христиан (см., напр.: 2Фес. 2:3,4). Иоанн утверждает, что есть уже много «антихристов». (Иоанн - единственный в Новом Завете, кто использует этот термин. Греческая приставка «анти-» означает «вместо», но он, вероятно, имеет в виду тех, кто стремится занять место Христа - «лжехриста», по аналогии с «лжепророком» в 1Ин. 4:1, если речь идет именно об этом; однако значение «против» более вероятно, т. е. противник Христа. Ср. аргумент Павла о том, что «тайна беззакония уже в действии» - 2Фес. 2:7.)

2:19. Из Ветхого Завета ясно, что праведный мог стать нечестивым (напр.: Иез. 18:24-26), а дела человека могут выявить искреннее или фальшивое его сердце (напр.: 2Пар. 12:14). И греческие, и иудейские учителя осуждали учеников, которые оказывались неверными или неспособными выдержать тест на ученичество, обычно объясняя это тем, что их посвящение было недостаточным. Иудаизм признавал, что многие обращенные не стали истинными верующими, хотя он более сурово относился к отступничеству иудеев, которые некогда были верны, а ныне отвергли закон.

Некоторые новозаветные тексты (напр.: Ин. 6:70,71; 1Ин. 2:19) могут отражать представление о вещах с позиции предвидения Бога, тогда как другие - с точки зрения опыта верующего (напр.: Гал. 5:4; 1Тим. 4:1,2). Но, в отличие от большинства современных комментаторов, древние иудеи не усматривали противоречия между этими двумя позициями.

2:20,21. В ветхозаветные времена избранного на особое служение помазывали елеем (маслом) в буквальном смысле; особенно это касалось священников или царей; «помазание» иносказательно относилось к тем, кто был избран Богом для выполнения конкретных задач. Христианам было предназначено различать истину (см.: 1Ин. 2:27).

2:22,23. Сами по себе эти стихи могут равным образом относиться и к противостоянию иудеев христианам, и к оппозиции сторонников Керинфа христианской вере. Компромисс, вероятно, позволял иудейским верующим остаться в синагогах - тем самым, они могли прямо не участвовать в поклонении императору и избежать угрозы преследования. Тот факт, что лжепророки могли призывать к такому компромиссу (ср.: 1Ин. 4:1-6), понять не трудно (см. введение к Откр.). Керинф, который выступил со своим учением ок. 100 г. н. э., верил, что Христос-Дух сошел на Иисуса, но не может быть отождествлен с Ним. Христианский писатель II в. Ириней также приписывал эту точку зрения многим более поздним гностикам.

2:24-27. Многие комментаторы утверждают, что «помазание» (ст. 27) есть Дух (ср.: Ин. 14:17,26; Деян. 10:38); другие полагают, что это связано с контекстом, в котором встречается Слово, послание Евангелия. В любом случае это сопряжено с ветхозаветной практикой отделения Богом избранных Им на служение людей, и здесь это распространяется на всех верующих. В Ветхом Завете помазание символически означает посвящение или отделение людей (напр., царей) или объектов (скиния) для священных целей. Окончательное посвящение в этих целях - когда Дух нисходит на людей (Ис. 61:1; ср.: 1Цар. 10:1,9; 1Цар. 16:13).

2:28 - 3:3
Быть готовыми к Его пришествию

Поскольку читатели Иоанна пребывают в Иисусе (ст. 27), они должны продолжать и далее пребывать в Нем (ст. 28); о пребывании см. в коммент. к Ин. 15:1-8.

2:28. По иудейским преданиям, пришествие Бога для суда над миром будет страшным днем для тех, кто не повиновался Его воле (ср.: Aмос. 5:18-20).

2:29. В древности никто не сомневался в том, что дети наследуют природу своих отцов. Эта вера укоренилась столь основательно, что многие авторы предостерегали прелюбодействующих, которые могли сами себя выдать, поскольку их образ может быть запечатлен в детях, рожденных от такого союза.

3:1. Никто из тех, кто соглашался с Иоанном, что христиане - дети Божьи, не оспаривал его точку зрения. Рабби Акиба, который жил примерно в то же время, утверждал: «Любовь к человеку непреложна, потому что он создан по образу Божьему; еще больше, чем любовь - это то, что Бог показал человечеству, что люди были созданы по Его образу». Рабби Мейер позднее, во II в., провозгласил: «Возлюблен Израиль, потому что... они дети Божьи».

3:2,3. В греческом мышлении природа человека иногда рассматривалась как преобразованная и приближенная к божественной через созерцание божественного; некоторые философы, например, Платон, верили, что они достигли такого преображения через познание, а не через чувства. Филон говорил о достижении человеком видения Бога мистическим путем, поскольку, как он утверждал, Бог трансцендентен; он верил, что Бог наделил Израиль, и особенно пророков, силой Своего видения, что такое видение предварялось добродетельной жизнью и очищением души и становилось совершенным, когда сам человек достигал совершенства. Эта мысль также сквозит в ряде еврейских палестинских текстов, особенно в работах еврейских мистиков. Возможно, эта концепция Бога часто связывалась с концом времен, и в некоторых еврейских апокалиптических произведениях высказывалась мысль о преобразовании через непреложную славу Божью.

Иоанн мог заимствовать большинство идей о преобразовании через непреложную славу Божью из Ветхого Завета (Исх. 34:29-35; см. коммент. к Ин. 1:14-18). Для него тот, кто знает характер Бога, соответственным образом очищает себя, а окончательное и полное очищение произойдет, когда человек познает Бога во всем совершенстве в конце времен.

3:4-24
Дух истины и дух заблуждения: на чьей ты стороне?

В характерной иудейской манере Иоанн противопоставляет грех и праведность, а также тех, кто на той или другой стороне (1Ин. 3:4-9). Затем он объясняет, почему нечестивый противостоит праведному, иллюстрируя этот принцип на множестве примеров: праведные любят друг друга, а нечестивые, подобно Каину, ненавидят праведных (1Ин. 3:10-18). Этот тест показывает, кто одержит окончательную победу в день суда (1Ин. 3:19-24).

3:4. Греки рассматривали грех как несовершенство; Ветхий Завет и иудаизм видят в нем нарушение закона Божьего. Иоанн стремится показать каждому, что такое грех в библейском смысле.

3:5. Здесь Иоанн, вероятно, использует язык жертвоприношений; ср.: Ин. 1:29. Суть в том, что те, кто в Иисусе, отвергли свои грехи, а потому уже больше не живут в грехе.

3:6,7. Этот стих снова обращен к преобразующей силе, которая проявляется после приобщения к Богу (ср.: 1Ин. 3:2,3). Некоторые комментаторы считают, что безгрешность здесь рассматривается как идеал, в той мере, в какой человек обитает во Христе. (Аналогичным образом Платон утверждал, что в той мере, в какой человек претендует на роль ремесленника, его мастерство должно быть совершенным; но если ему не удалось стать искусным мастером, это означает, что он не действовал как настоящий мастер в данном случае.) Другие считают, что речь идет о потенциальных возможностях: человек способен вести безгрешную жизнь (ср.: Ин. 8:31-36). Но ст. 9 не дает возможности трактовать этот текст подобным образом.

Более вероятно, что Иоанн обращает высказывания лжеучителей и их последователей (1Ин. 1:8-10) против них же самих: в отличие от людей, снисходительно относящихся к прегрешениям, которые просто заявляют, что они безгрешны, истинные верующие не живут в грехе. (Многие комментаторы считают, что настоящее продолженное время причастия глагола «грешить» - «согрешающий» - позволяет расценивать «жизнь во грехе» как образ жизни. Это отличается от праведного образа жизни, когда человек иногда поддается искушению или обману и искренне в этом раскаивается.) Среди отступников господствуют такие грехи, как нарушение двух основных заповедей, которые Иоанн подчеркивает в своем послании: правильные отношения с членами христианского сообщества и правильные представления об Иисусе (1Ин. 3:24). Таким образом, Иоанн может иметь в виду, что они совершили грех, который ведет к смерти, т. е. отлучению от вечной жизни (ср.: 1Ин. 5:16,17).

3:8. В Свитках Мертвого моря говорится, что все грехи совершаются под воздействием духа заблуждения. Учитывая традиционную иудейскую концепцию о том, что дьявол принес грех в этот мир, все грехи в итоге возлагаются на него и отражают его характер.

3:9,10. Об утверждении относительно безгрешности см. в коммент. к 1Ин. 3:6,7. Некоторые исследователи полагают, что Иоанн заимствует здесь образ «семени» у своих оппонентов, поскольку эта концепция позднее была известна среди гностиков; но этот образ уже был хорошо известен в христианской традиции (Иак. 1:18,21; 1Пет. 1:23; см. коммент. к 1Пет. 1:23). Считалось, что ребенок наследует природу отца через его семя, а потому Иоанн может здесь использовать этот образ для разъяснения своей мысли: рожденные от Бога через обращение в веру теперь отражают в себе Его характер, а те, кто не отражает его, имеют другую природу. Согласно Ветхому Завету, грех можно преодолеть, опираясь на слово, написанное или пребывающее в сердце человека (см., напр.: Пс. 118:11; Иер. 31:32,33).

3:11-13. Убийство Каином Авеля часто пересказывалось в иудейских преданиях с вымышленными деталями; подчас нечестие Каина описывалось весьма подробно. Он стал олицетворением нечестия (см., напр.: Книга Юбилеев и 1Енох.; фарисеи иногда связывали Каина с саддукеями и их отрицанием грядущей жизни в вечности); в одном дохристианском еврейском тексте он назван «неправедным» (Прем. 10:3). Филон неоднократно использовал образ Каина как символ эгоизма и иллюстрировал на его примере тезис: «чем сильнее гонения, тем лучше», как здесь (ср.: Гал. 4:29). Некоторые более поздние гностики, противники закона, считали Каина героем.

Убийство брата рассматривалось в древности как одно из самых чудовищных преступлений (напр., у Цицерона, Горация); Иоанн называет «братом» каждого члена христианского сообщества. Убийца считался сыном дьявола (1Ин. 3:10), поскольку первые дела дьявола принесли смерть Адаму (см. коммент. к Ин. 8:44); в некоторых более поздних раввинистических текстах утверждается, что отец Каина был злым ангелом, даже самим дьяволом. Соперничество между родными братьями (Быт. 37:8; 1Цар. 17:28) могло развиваться постепенно, но поступок Каина прервал этот процесс.

3:14,15. Убийство было смертным грехом по ветхозаветному закону, а потому заслуживало геенны, согласно более поздним иудейским воззрениям. Иисус приравнивал ситуацию, которая ведет к убийству, к самому убийству (ср.: Мф. 5:21,22).

3:16,17. Читатели Иоанна ожидали преследований и возможной смерти, хотя, насколько известно, мучеников было немного (Откр. 2:13). Отказ участвовать в культе императора рассматривался как деятельность против государства, и враги этих людей с чувством выполненного гражданского долга предавали их в руки властей.

Иоанн также требует от них на практике проявления любви в настоящем. Их оппоненты, которые были изгнаны из общины, возможно, чтобы избежать преследований, несли ответственность за смерть других, как это было с Каином; но истинные христиане должны были жертвовать своей жизнью во имя других ежедневно. Как и в некоторых иудейских концепциях, отнять имущество у нуждающегося означало обречь его на голодную смерть (ср.: Иак. 2:15).

3:18. В древней литературе часто соединялись понятия «слово» и «дело» (напр., у Исократа, Демосфена, Квинтилиана, Сенеки, Лукиана, в Прем.); тот, кто надлежащим образом сочетал это, удостаивался похвалы, тот же, у кого слова расходились с делом, считался лицемером.

3:19. В Свитках Мертвого моря праведные иногда называются «сынами истины» или «уделом истины Божьей».

3:20,21. Иудаизм постоянно подчеркивал, что Бог знает сердце каждого человека (ср.: Иер. 29:23); в некоторых текстах Его называли даже «Испытующим сердца». Как выразился автор одной из книг премудрости, «блажен, кого не зазирает душа его» (Сир. 14:2).

3:22-24. Эти предписания как раз и нарушали отступники: оставив христианское сообщество, они продемонстрировали отсутствие любви к своим братьям и сестрам, а также веры в Иисуса как истинного Христа (1Ин. 2:2), не выдержав испытание верой. Об обетовании ответа на молитву см. в Ин. 14:12-14.

4:1-6
Испытание духов

4:1. Иудаизм тесным образом связывал Дух Божий с пророчеством, но признавал и существование ложных пророков, которые, по словам Иоанна, были движимы другими духами. Его читатели должны были понять это; иудеи были знакомы с представлением о том, что помимо Духа Божьего есть и другие духи (см. коммент. к 1Ин. 4:6). В Малой Азии было много впадавших в исступление языческих предсказателей, а также еврейских мистиков, претендовавших на особые откровения; проблема различения духов стояла здесь чрезвычайно остро.

4:2,3. Речь могла идти об отступниках, которые отрицали природу Иисуса как Христа (если оппоненты были из иудеев); более вероятно, однако, что речь идет об отрицании докетистами человеческой природы Христа и Его смерти (см. введение); такую ересь очевидец должен отвергать, твердо придерживаясь своей позиции. Достаточно было просто сравнить Иисуса с пророком, подобным Иоанну Крестителю, и такая позиция позволяла избежать гонений. Каково бы ни было это заблуждение, отступники претендовали на авторитетное озарение, как и в ряде современных культов. Иоанн не отрицает реальной природы инспирации; он просто отрицает, что дух, которым они движимы, есть Дух Божий.

4:4-6. В Свитках Мертвого моря аналогичным образом проводится различие между детьми Божьими и остальным миром, хотя они заходят слишком далеко, утверждая, что каждый акт определяется действием либо духа истины, либо духа заблуждения. (Этот язык «двух духов», вероятно, выходит далеко за рамки Свитков Мертвого моря, хотя эта концепция наилучшим образом, помимо свитков, представлена в Заветах двенадцати патриархов. Эти заветы содержат ряд упоминаний о духах лжи, но ближе всего к 1Ин. 4:6 Завет Иуды, ст. 20, который наряду с Заветом Левия чаще всего рассматривается как источник христианских воззрений. Таким образом, эта проблема не разрешена, хотя Завет Иуды, вероятно, был написан в дохристианский период и отражает концепцию, сходную с иудейским учением о двух импульсах, которое раввины развивали и разъясняли; об этом учении см. в коммент. к Рим. 7:15-22.) Обетование о том, что один из них превыше другого (1Ин. 4:4), сопоставимо с ветхозаветным принципом (4Цар. 6:16; 2Пар. 32:7,8).

4:7-21
Испытание любовью

4:7-10. И снова (как и в 1Ин. 3:9,10) Иоанн утверждает, что природа каждого выявляется через духовное родство: те, кто уподобляется Богу, - Его дети, а любовь - самое высшее свойство характера Бога, которое было явлено Христом на кресте. Отступники доказали отсутствие любви тем, что отошли от христианского братства. Об умилостивлении см. в коммент. ко 1Ин. 2:2.

4:11,12. Даже истинная христианская любовь должна совершенствоваться, но в отличие от отступников, они остались в христианском сообществе, тем самым выполняя заповедь любить друг друга. Лжеучителя, возможно, заявляли, что имели мистические видения Бога (см. коммент. к 1Ин. 3:2,3; 1Ин. 4:1), но Иоанн поправляет их: Бог невидим (Исх. 33:20), и верующие могут узреть Его только благодаря Его бесконечной любви, воплощенной в Его характере на кресте (4:9) и в христианской жертвенной любви (1Ин. 4:12).

4:13-16. Хотя Кумранская община претендовала на то, что обладает Духом, большинство древних иудеев связывали наиболее драматические свершения Духа с далекими прошлыми эпохами и с грядущим миром, а также с очень редкими индивидуальными случаями. Для Иоанна все истинно верующие в Иисуса имеют Духа, Который движет ими, побуждает к любви (см. коммент. к 1Ин. 4:11,12) и наделяет их пророческой силой свидетельствовать о Христе (см. коммент. к 1Ин. 4:1).

4:17. В Ветхом Завете (напр.: Амос. 5:18-20) и в иудаизме «день суда» был днем, которого должны бояться все отступники (1Ин. 2:28). Но пребывающие в любви не должны сомневаться, что будут оправданы перед судом Божьим в этот день, потому что они проводники Его бескорыстной любви.

4:18. Считалось, что грех часто вызывает страх (см., напр.: Быт. 3:8; Послание Аристея, 243). Философы-стоики не боялись ничего, поскольку, по их представлениям, обстоятельства не могут окончательно уничтожить разум человека, уверенность же Иоанна в том, что истинные верующие не испытывают страха, относится не ко всем обстоятельствам. Речь идет о наказании в день суда (1Ин. 4:17).

4:19. Ветхий Завет также признает, что народ Божий знал, как обращаться с другими, полагаясь на то, как Бог милосердно обращался с ними самими (Исх. 13:8; Исх. 22:21; Лев. 19:34; Втор. 10:19), хотя во всей полноте этот принцип был явлен в Христе (1Ин. 4:10; ср.: Ин. 13:34).

4:20,21. В древности люди тоже придерживались принципа любви к тем, кто рядом (см., напр., у Плутарха). Считалось, что с новым другом нужно обращаться так же, как со своими старыми друзьями. (Этот тезис взят из речи оратора IV в. до н. э. Исократа.) В Ветхом Завете Бог благотворит тому, кто воздает обездоленному, как если бы он сделал это для Него (Притч. 19:17; ср.: Втор. 15:9).

5:1-13
Победа и жизнь через веру в Иисуса

5:1. Семьи часто воспринимались как единое целое, потому нельзя было одного любить, а других ненавидеть. Этот стих может также указывать на то, что дети воспринимают природу своих родителей.

5:2. О конструктивной любви см. в 1Ин. 3:18.

5:3. Исполнение заповедей Бога никогда не было трудным делом для тех, у кого Его закон записан в сердце (Втор. 30:11-14). Многие иудейские учителя выделяли отдельные установления закона как более «тяжкие» или более «легкие» (как в Мф. 23:23), но не потому, что их было трудно или легко соблюдать, они имели в виду их определяющую роль в повседневной жизни.

5:4,5. Образ «победы» описывается метафорами из военной, спортивной жизни, дискуссий и судебных заседаний, но всегда содержит в себе конфликт или испытание. Иоанн призывает своих читателей «побеждать», одерживать победу над своими противниками, в преследованиях и возможном мученичестве (вероятно, включая и наказания за отказ идти на компромисс и поклоняться императору).

5:6-13. Многие исследователи утверждали, что отступники, типа Керинфа, и некоторые более поздние гностики считали, что Христос-Дух сошел на Иисуса при Его крещении и покинул Его после смерти. Или, как это считали докетисты и некоторые более поздние гностики, отступники верили, что Иисус был крещен по-настоящему, но умереть не мог, поскольку обладал вечной природой. Возможно также, что сторонники докетизма видели в «воде и крови» (Ин. 19:34) аллюзию на полубога: в жилах олимпийских богов в греческой мифологии вместо крови тек ихор (жидкость типа сукровицы). Возможно, именно поэтому они делали акцент на Его божественности.

На древних торговых документах иногда стояли подписи нескольких свидетелей, удостоверявшие факт продажи, а в Ветхом Завете и в более поздних иудейских судах требовалось наличие не менее двух свидетелей (Втор. 17:6; Втор. 19:15). Иоанн приводит трех свидетелей, чье свидетельство было неоспоримым. (Формула триединства в 1Ин. 5:7 - ортодоксальна, но присутствует не во всех рукописях. Она найдена только в трех манускриптах: XII, XV и XVI вв. Эта формула включена, напр., в KJV только на основании просмотренного текста с использованием третьего издания греческого текста Эразма Роттердамского; Эразм Роттердамский затем исключил его из последующих изданий.)

5:14-21
Избежать греха

5:14,15. Об основополагающих принципах, с которыми связаны эти стихи, см. в коммент. к Ин. 14:12-14. Но особый аспект, который здесь подчеркивается, относится к заблуждающимся собратьям, разделявшим представления лжепророков (1Ин. 4:1-6); см.: 1Ин. 5:16,17 (ср.: Мф. 18:15-20).

5:16,17. Учитывая, что здесь термин «жизнь» используется для обозначения вечной жизни, а смерть противопоставляется ей, «грех к смерти», по-видимому, означает прегрешения, ведущие к потере верной жизни (ср.: Быт. 2:17; Быт. 3:24). Два греха, которые, вероятно, имел в виду Иоанн, - это ненависть к собратьям (отступники были изгнаны из христианского сообщества) и неверное представление об Иисусе (ложное учение о Его тождественности как Господа и Христа во плоти); см. коммент. к 1Ин. 3:23.

Ветхий Завет и иудаизм различали преднамеренный мятеж против Бога, который не может быть прощен обычным образом, и более легкие прегрешения. Здесь более уместны ссылки на некоторые древние еврейские тексты (напр., Свитки Мертвого моря, Книгу Юбилеев), где также говорится о наказании смертью за грех, которое было фактически заменено отлучением от общества, а не буквальным исполнением приговора. Те, против кого были совершены эти грехи, могли гарантировать прощение своим врагам через молитвы за них (Быт. 20:7,17; Иов. 42:8), но грех преднамеренного отхода от истины Божьей аннулировал молитвы о прощении (1Цар. 2:25; Иер. 7:16; Иер. 11:14; Иер. 14:11). Иоанн как бы говорит: «Бог простит заблуждающихся верующих по твоей просьбе, но те, кто окончательно отпал в результате своей приверженности ереси, уже вне сферы твоих молитв или (по другому варианту толкования) должны сами покаяться, чтобы получить прощение».

5:18. Сатана не смог бы тронуть Иова, если бы Бог не допустил этого (Иов. 1:11,12; Иов. 2:3-6). Иудаизм признавал, что сатане нужно разрешение Бога, чтобы испытывать Его народ, и что Бог отверг обвинения сатаны против Своего народа.

5:19,20. Иудаизм признавал, что все народы, кроме Израиля, находились под управлением сатаны и его ангелов. Истоки этой концепции понять не трудно: практически все язычники поклонялись идолам, а большинство из них вели распутный образ жизни и имели другие грехи.

5:21. «Идолы» - это может относиться ко всему, что уводит человека от поклонения истинному Господу (так, в Свитках Мертвого моря выражение «идолы в сердце каждого» указывает на ложных богов или на грехи), но в буквальном смысле (изображения ложных богов) может указывать на общину в Малой Азии. Это может относиться к культу императора, которому христиане во избежание обвинения в неверности государству должны были возносить фимиам. Это может относиться к компромиссу в широком смысле - в Малой Азии было предостаточно искушений для бывших язычников. Древние еврейские тексты часто осуждали идолопоклонство как самый тяжкий из грехов - действительно смертный грех, «грех к смерти» (1Ин. 5:16,17); если лжепророки, о которых идет речь в 1Ин. 4:1-6, подобны другим лжепророкам, оказывавшим свое влияние на азиатские церкви в тот период, то идолопоклонство может носить буквальный характер; см. коммент. к Откр. 2:14; Откр. 9:20, Откр. 13:12,15.

нимались как единое целое, потому нельзя было одного любить, а других ненавидеть. Этот стих может также указывать на то, что дети воспринимают природу своих родителей.

5:2. О конструктивной любви см. в 3:18.

5:3. Исполнение заповедей Бога никогда не было трудным делом для тех, у кого Его закон записан в сердце (Втор. 30:11-14). Многие иудейские учителя выделяли отдельные установления закона как более «тяжкие» или более «легкие» (как в Мф. 23:23), но не потому, что их было трудно или легко соблюдать, они имели в виду их определяющую роль в повседневной жизни.

5:4,5. Образ «победы» описывается метафорами из военной, спортивной жизни, дискуссий и судебных заседаний, но всегда содержит в себе конфликт или испытание. Иоанн призывает своих читателей «побеждать», одерживать победу над своими противниками, в преследованиях и возможном мученичестве (вероятно, включая и наказания за отказ идти на компромисс и поклоняться императору).

5:6-13. Многие исследователи утверждали, что отступники, типа Керинфа, и некоторые более поздние гностики считали, что Христос-Дух сошел на Иисуса при Его крещении и покинул Его после смерти. Или, как это считали докетисты и некоторые более поздние гностики, отступники верили, что Иисус был крещен по-настоящему, но умереть не мог, поскольку обладал вечной природой. Возможно также, что сторонники докетизма видели в «воде и крови» (Ин. 19:34) аллюзию на полубога: в жилах олимпийских богов в греческой мифологии вместо крови тек ихор (жидкость типа сукровицы). Возможно, именно поэтому они делали акцент на Его божественности.

На древних торговых документах иногда стояли подписи нескольких свидетелей, удостоверявшие факт продажи, а в Ветхом Завете и в более поздних иудейских судах требовалось наличие не менее двух свидетелей (Втор. 17:6; Втор. 19:15). Иоанн приводит трех свидетелей, чье свидетельство было неоспоримым. (Формула триединства в 1Ин. 5:7 - ортодоксальна, но присутствует не во всех рукописях. Она найдена только в трех манускриптах: XII, XV и XVI вв. Эта формула включена, напр., в KJV только на основании просмотренного текста с использованием третьего издания греческого текста Эразма Роттердамского; Эразм Роттердамский затем исключил его из последующих изданий.)

5:14-21
Избежать греха

5:14,15. Об основополагающих принципах, с которыми связаны эти стихи, см. в коммент. к Ин. 14:12-14. Но особый аспект, который здесь подчеркивается, относится к заблуждающимся собратьям, разделявшим представления лжепророков (4:1-6); см.: 5:16,17 (ср.: Мф. 18:15-20).

5:16,17. Учитывая, что здесь термин «жизнь» используется для обозначения вечной жизни, а смерть противопоставляется ей, «грех к смерти», по-видимому, означает прегрешения, ведущие к потере верной жизни (ср.: Быт. 2:17; Быт. 3:24). Два греха, которые, вероятно, имел в виду Иоанн, - это ненависть к собратьям (отступники были изгнаны из христианского сообщества) и неверное представление об Иисусе (ложное учение о Его тождественности как Господа и Христа во плоти); см. коммент. к 3:23.

Ветхий Завет и иудаизм различали преднамеренный мятеж против Бога, который не может быть прощен обычным образом, и более легкие прегрешения. Здесь более уместны ссылки на некоторые древние еврейские тексты (напр., Свитки Мертвого моря, Книгу Юбилеев), где также говорится о наказании смертью за грех, которое было фактически заменено отлучением от общества, а не буквальным исполнением приговора. Те, против кого были совершены эти грехи, могли гарантировать прощение своим врагам через молитвы за них (Быт. 20:7,17; Иов. 42:8), но грех преднамеренного отхода от истины Божьей аннулировал молитвы о прощении (1Цар. 2:25; Иер. 7:16; Иер. 11:14; Иер. 14:11). Иоанн как бы говорит: «Бог простит заблуждающихся верующих по твоей просьбе, но те, кто окончательно отпал в результате своей приверженности ереси, уже вне сферы твоих молитв или (по другому варианту толкования) должны сами покаяться, чтобы получить прощение».

5:18. Сатана не смог бы тронуть Иова, если бы Бог не допустил этого (Иов. 1:11,12; Иов. 2:3-6). Иудаизм признавал, что сатане нужно разрешение Бога, чтобы испытывать Его народ, и что Бог отверг обвинения сатаны против Своего народа.

5:19,20. Иудаизм признавал, что все народы, кроме Израиля, находились под управлением сатаны и его ангелов. Истоки этой концепции понять не трудно: практически все язычники поклонялись идолам, а большинство из них вели распутный образ жизни и имели другие грехи.

5:21. «Идолы» - это может относиться ко всему, что уводит человека от поклонения истинному Господу (так, в Свитках Мертвого моря выражение «идолы в сердце каждого» указывает на ложных богов или на грехи), но в буквальном смысле (изображения ложных богов) может указывать на общину в Малой Азии. Это может относиться к культу императора, которому христиане во избежание обвинения в неверности государству должны были возносить фимиам. Это может относиться к компромиссу в широком смысле - в Малой Азии было предостаточно искушений для бывших язычников. Древние еврейские тексты часто осуждали идолопоклонство как самый тяжкий из грехов - действительно смертный грех, «грех к смерти» (5:16,17); если лжепророки, о которых идет речь в 4:1-6, подобны другим лжепророкам, оказывавшим свое влияние на азиатские церкви в тот период, то идолопоклонство может носить буквальный характер; см. коммент. к Откр. 2:14; Откр. 9:20, Откр. 13:12,15.

к оглавлению